прибытие 92 поезда

И все-таки, как ни похожи современные вокзалы на современные аэропорты, друг от друга их отличает одно существенное обстоятельство. Дело в том, что авиапассажиры удовлетворяют свои сложные пассажирские потребности и любуются смелыми перекрытиями где-то на отшибе железнодорожные пассажиры поджидают свои поезда едва ли не в центре города. И тут главный вопрос в том, останется ли вокзал вместе со своим железнодорожным хозяйством отдельным островом, окруженным зоной отчуждения, или будет вплетен в городскую ткань. Об этом, без сомнения, задумался валенсиец Сантьяго Калатрава, когда в 1990-е проектировал свой вокзал в Лиссабоне. Вокзал является частью строительной программы, осуществленной в преддверии ЭКСПО98. Самая зрелищная часть проекта фантастическое ребристое перекрытие, простершееся над восемью путями и напоминающее рощицу ажурных деревьев. Самая содержательная в градостроительном отношении арочное основание, на которое подняты эти пути. Благодаря этим аркам, держащим на себе пути и платформы с поездами и пассажирами, машины и пешеходы могут беспрепятственно пересекать территорию, находящуюся между ис

Майнхард фон Геркан, выигравший в том же 1993 году вместе с Юргеном Хиллмером конкурс на проект нового Центрального вокзала объединенного Берлина, спроектировал к тому времени по два терминала в аэропортах Гамбурга и Штутгарта. Вокзал в Берлине строили в общей сложности более десятка лет. Вторая половина 1990-х ушла на строительство тоннелей и подъездных путей. В течение двух лет отводили в сторону русло Шпрее. На рубеже тысячелетий начало обретать очертания вокзальное здание. К 2002 году было закончено гигантское прозрачное перекрытие главного зала, в которое вмонтировали солнечные батареи. К 2005 году были возведены две двенадцатиэтажные башни по сторонам от главного зала. В 2006-м вокзал открылся. Открытие это ознаменовалось двумя вещами присутствием на церемонии Ангелы Меркель и прискорбным инцидентом: шестнадцатилетний псих изранил ножом несколько десятков человек. В январе следующего года во время урагана рухнули две балки перекрытия, в результате огромное пространство на некоторое время оказалось заваленным битым стеклом. Судебное разбирательство не привело ни к какому внятному результату, и ураган остался единственным виновником аварии.

Ладожский вокзал в Санкт-Петербурге открылся в 2003 году к трехсотлетию города. Архитектор Никита Явейн

Cтанция JR в Киото тоже памятник к юбилею города. На тысяча двухсотый день рождения Киото получил от городских властей и архитектора Хироши Хара гигантское общественное пространство, одну десятую которого занимает сама станция

Международное крыло вокзала Ватерлоо в Лондоне. На нем архитектор Николас Гримшоу отрабатывал приемы, которые затем использовал в новых терминалах аэропортов Лондона и Цюриха

Центральный вокзал в Берлине с двумя восьмиэтажными башнями, фланкирующими центральный зал, строился десять лет. Он стал одним из символов объединенной Германии

Берлине ничем не уступает пространству крупного международного аэропорта. Архитекторы Майнхард фон Геркан и Юрген Хиллмер

Пространство главного зала Центрального вокзала в

За вторую половину ХХ века техника вернула аванс, выданный ей архитектурой. Поезда научились развивать умопомрачительные скорости, изменился и сам стиль путешествия по железной дороге. Стремительность пришла на смену респектабельной неторопливости так же бесповоротно, как чемодан на колесиках заменил носильщика, прикованного к дорожным сундукам и шляпным картонкам. Старый добрый дух легендарного «Восточного экспресса» законсервировали для любителей экзотики в специальных резервациях в туристических ретропоездах. Дизайн «нормальных» поездов отозвался на скоростные рекорды лаконичными, обтекаемыми формами, отчего локомотивы стали напоминать бескрылые самолеты или ракеты, запущенные по горизонтали. Вокзалы же стали еще больше напоминать аэропорты. И дело даже не в проникновении хай-тека в их архитектуру, а в той идее, которую в последние десятилетия эта архитектура приняла для себя в качестве рабочей. Это идея легкости, полета, стремительного бега. Отсюда «летящие» прозрачные перекрытия, наполняющие пространство воздухом и солнечным светом, стеклянные шахты лифтов, ребристые, напоминающие крылья насекомых несущие конструкции. В общем, весь «авиационный набор», который архитекторы стали применять и там и там. Когда в 1993 году открылся международный терминал Ватерлоо в Лондоне порождение тоннеля под Ла-Маншем, по которому на остров наконец пробрались европейские экспрессы Intercity, его тут же стали сравнивать с международными аэропортами: и то у него как в лучших аэропортах мира, и другое, и пятое, и десятое. То есть размах, инженерная оснащенность, торговые площади и архитектура. Потренировавшись на Международном крыле Ватерлоо, его автор Николас Гримшоу затем возвел новые терминалы в Хитроу и расширял аэропорт Цюриха.

В 1930-е годы, пока Центральный вокзал в Милане еще украшался аллегорическими скульптурными группами и живописными панно, пока его боковые фасады еще обретали свои мощные классические формы, пока железнодорожные скоростные рекорды были в будущем, во Флоренции, в самом центре города строился вокзал Санта-Мария Новелла. Архитекторы из Gruppo Toscano во главе с Джованни Микелуччи создали здание, которое сегодня называют классикой итальянского рационализма: прямоугольное в плане, распластанное по горизонтали и начисто лишенное каких бы то ни было намеков на «исторические стили». Стекло и мрамор внутри, стекло и кирпич снаружи. Скоро подобный образец рационализма получила и Венеция вокзал Санта-Лючия, спроектированный Анджело Маццони, стал едва ли не единственным представителем архитектуры «стекла и бетона» в городе. В 1950-е крупнейший архитектор-модернист Италии Пьер Луиджи Нерви строит новый Центральный вокзал в Неаполе здание, вполне подходящее и для аэропорта. Такой вокзал-аэропорт в 1972 году появился и в Москве. Две старые постройки конца XIX века и 1938 года объединило новое здание Курского вокзала, смотревшее стеклянным фасадом на Садовое кольцо, пока на привокзальной площади не выросла гора торгового комплекса «Атриум».

С точки зрения прогресса в поезде хорошо все, за одним лишь исключением он не самолет. Потому что именно авиация (младшая сестра космонавтики) уже давно олицетворяет будущее человечества, в то время как железная дорога его неповоротливое, низкоскоростное прошлое. Сама архитектура железнодорожных станций, вплоть до 1930-х годов на Западе и до 1950-х у нас черпавшая декор из истории архитектуры, настойчиво отсылала к прошлому. Но архитектура и придумала новый, футуристический образ для железной дороги, опередив в этом сам транспорт.

Продолжение. Начало в 3, 4 5

Архитектура зачастую опережает жизнь. Сначала появились железнодорожные вокзалы, по современности облика соперничающие с аэропортами, и лишь затем поезда, способные мчаться со скоростью самолета

Экспресс-инфо Утилизация люминесцентных ламп: . Power Скала (7-10 кг).

— Журнал «Энергия промышленного роста»

Прибытие поезда. Продолжение. Начало в 3, 4 5